Предисловие
Долгие годы все левые и окололевые говорят о наступающем конце капитализма и его скорейшем крахе. Проблема заключается в том, что во многих случаях их слова ничем не подкреплены, а порой и вовсе противоречат действительности. И такая «традиция» существует в левом движении долгие годы, ведь в стратегическом плане капитализм действительно обречён на погибель в силу своих внутренних противоречий, однако в тактическом плане он может переживать периоды подъёма и спада. И задача грамотных марксистов не просто неустанно твердить о крахе капитализма, но и, сумев проанализировать экономические тенденции, грамотно выстроить свою тактику.
В конце концов, именно экономический базис определяет надстройку и, хоть как писал Троцкий в работе «Терроризм и коммунизм»: «Могущественные производительные силы, этот ударный фактор исторического движения, задыхались в тех отсталых надстроечных учреждениях (частная собственность и национальное государство), в которых они оказались замкнуты предшествующим развитием»[1], развитие производственных отношений играет ключевую роль в наступлении революции. Отсталость общества и невозможность решить противоречия внутри капитализма кроме как войной при попустительстве социал-демократии и сталинизма позднее привели к двум мировым войнам. Теперь же глобальная война невозможна: взаимное уничтожение боеголовками – слишком высокая цена, чтобы капиталисты на неё пошли. Тем не менее, локальные конфликты, как и искусственное уничтожение производственных средств, чтобы дать глоток воздуха умирающему капитализму, имеют место быть. В конечном счёте, именно противоречие между уровнем развития производственных сил и производственными отношениями приводит к войнам и кризисам.
Россия – это страна, где пролетариат уже более 7 лет ощущает на своей шкуре падение уровня жизни. Сытые нулевые давно закончились, и теперь мы возвращаемся к 90ым (правда, политическая ситуация иная, тут речь скорее о ситуации социальной), как бы того не хотели трусливые филистеры и неграмотные рабочие, готовые хоть чёрта поддержать, «лишь бы ни как в 90ых». Тем не менее, старшее поколение рабочих хоть и понимает весь ужас ситуации, деморализовано и неорганизованно. Эпоха классических массовых левых организаций вроде РКРП и Трудовой России прошла, КПРФ также теряет в численности из-за недоверия низов компартии к верхам. Профсоюзное движение по сравнению с нулевыми резко измельчало, и лишь профсоюзы в сфере услуг (примером чему является «Курьер») остаются востребованными и испытывают рост. И действительно, тред-юнионизм хорош лишь на подъёме капитализма, когда у предпринимателей есть средства, чтобы делится ими с рабочим классом. Но как только подъём сменяется кризисом, буржуазия сама оказывается загнанной в ловушки, и ей легче закрывать производства, чем договариваться с рабочими и сохранять им высокий уровень жизни. Так погорел профсоюз МПРА, гремевший в нулевые, а в десятые потерявший в численности из-за закрытия или переноса в более бедные страны предприятий, производящих автомобили. Но зато в кризис капитализма люди начинают интересоваться непосредственно политикой, что для нас, конечно, лучше.
Сейчас рабочий класс и его передовой слой, заводские рабочие, ещё пассивен, хоть он и активнее, чем 5 лет назад. Но вскоре это затишье перед бурей может кончиться. В этой статье я постараюсь аргументировать это предположение, опираясь на экономические и политические тенденции капитализма в последние годы. Использовать я буду для этого как международные материалы, так и прогнозы российских властей. Даже при том, что они приукрашиваются, предсказания там совсем не радужные, и нам их следует проанализировать. В конце мы постараемся выяснить, какой должна быть тактика марксистов в последующую эпоху.
Экономические перспективы
Коронакризис, имевший своей главной причиной вовсе не сам вирус, а фундаментальную тенденцию нормы прибыли к понижению, ударил по экономике планеты не меньше, чем крупная война. Падение ВВП многих стран, по данным G-20, оценивается более чем в 10%[2]. И хотя в 2021 году ожидается некоторый подъём, мы можем видеть, что экономика будет восстанавливаться ещё несколько лет.
Отдельно хочется сказать, что Россия пережила коронавирус очень неплохо, особенно по сравнению с развитым, как говорят либералы, рыночком. В Великобритании, Италии и Испании экономика за год упала на 10%, а то и больше. Если мы посмотрим на подсчёты ВВП стран-победителей (пересчёт в доллары, по курсу 1990 года) во второй мировой войне, то увидим, что экономика Великобритании, наоборот росла. Отдельно хочется сказать, что Россия пережила коронавирус очень неплохо, особенно по сравнению с развитым, как говорят либералы, рыночком.
А, например, экономика Италии и Японии, т.е. экономика стран, по котором приходились ковровые бомбардировки, упала на величину, сравнимую с нынешним падением.
То есть, последствия коронавируса серьёзнее, чем последствия войны. Из этого можно сделать вполне логичный вывод, что, раз коронавирус привёл к таким последствиям, то вскоре ожидается бурный рост экономики, как после Второй мировой. Об этом росте, кстати, писал Тед Грант, оппонируя непоследовательным троцкистам 40ых годов.
Но на самом деле аналогии тут возможны лишь для наглядного сравнения, а при построении прогнозов они неприемлемы. Дело-то в том, что после Второй мировой войны рост экономики был связан с, во-первых, уничтожением производственных средств, а коронавирус их не уничтожил, лишь приостанавливая работу, а, во-вторых, с открытием новых рынков. В нашем же случае рынки во время коронавируса никто не закрывал, и падение товарооборота между странами связано не с политической конфронтацией между ними, а, прежде всего, с падением покупательной способности населения.
Отдельным фактором послевоенного бума стал план Маршала, который вдохнул новую жизнь в закостенелые экономики Старого света. В нынешней ситуации в США тоже приняли план, план Байдена. Но этот план направлен прежде всего на восстановление собственной экономики и последовательно продолжает протекционистскую политику Трампа. И этот план, как подсчитал британский экономист Майкл Робертс, съест не сильно меньше процентов ВВП, чем гражданская война[3].
Так что вряд ли Европа может ждать помощи от США. Американский капитализм на грани краха, а страна на грани гражданской войны, что показывают последние события. Связано это всё с той же тенденцией нормы прибыли к понижению, открытой ещё Марксом. Сейчас в США норма прибыли рекордно низкая, поэтому государство и вынуждено финансово помогать буржуям, чтобы те вкладывались в экономику. В противном случае катастрофы не избежать, ведь корпоративные прибыли американских кампаний обновили исторический минимум в прошлом году, обогнав даже падение во времена кризиса конца 90ых годов.
Правда, катастрофы и так не избежать, ибо протекционизм США сильно бьёт по мировому рынку, а мировой рынок в последние годы являлся фактором хоть и незначительного, но роста капитализма. К тому же такая политика бьёт по ещё одному крупному игроку – Китаю, чья экономика развёрнута к американской. Подобная конфронтация может привести к локальным конфликтам в Тихоокеанском регионе, к прекращению роста китайской экономической мощи и, следовательно, к росту рабочего движения там.
Китайские буржуи до сего момента держались за счёт роста уровня жизни, который, хоть и не так стремительно, как рост экономики в целом, но всё же был в Китае. Стагнация в экономике угробит этот рост, а вместе с тем и спровоцирует закабалённый в узы репрессий, социальных рейтингов и прочей реакционной лабуды китайский пролетариат. Рост китайского рабочего движения может подтолкнуть рост движения и в соседних странах, в том числе и в России. Но об этом позже.
Вернёмся к экономическому анализу. Согласно прогнозу по ВВП передовых стран, приведённому выше, рост экономики после пандемии всё же будет. Получается, что уровень жизни рабочих рано или поздно вернётся на докризисный уровень? Тут не стоит спешить с выводами. Важно понимать не только сам факт роста, но и разъяснить для себя его причины и предпосылки. Откроем прогноз минэкономразвития на 2021-2023 год (к нему мы будем ещё не раз возвращаться)[4]: в нём затрагивается тема ценных бумаг. Дело в том, что их цена в минувшем году, несмотря на спад производства, не только не понизилась, а повысилась. Вот, что сказано в отчёте: «Наблюдаемая динамика на рынках акций обусловлена, в первую очередь, масштабными мерами экономической поддержки, включая возврат центральных банков к ультрамягкой денежно-кредитной политике. Вместе с тем растущий разрыв между финансовыми и фундаментальными экономическими показателями (ожидаемый постепенный характер восстановления экономической активности, с одной стороны, и практически полное восстановление стоимости активов уже в середине 2020 г. – с другой) означает возросшие риски для финансовой стабильности при сворачивании стимулирующих мер в среднесрочной перспективе.» Говоря простым языком, акции всё меньше и меньше подкреплены реальными активами. Подобную ситуацию можно было наблюдать в конце 20ых годов в США, перед Великой депрессией, а также в 2008 году на рынке недвижимости. И в какой-то момент времени этот пузырь может лопнуть, накрыв и так ослабшую капиталистическую экономику.
Причём накроет он прежде всего простых людей, вложившихся в акции, а не крупных игроков, так как подобные схлопывания происходят при соучастии Wall Street, которая продаст свои ценные бумаги, обвалив на них цены, ещё до того, как пузырь лопнет. В итоге пострадают сотни тысяч владельцев небольшого числа акций, а крупный капитал выйдет сухим из воды.
В том же докладе мы можем увидеть строки о том, что после первого периода восстановления экономики рост пойдёт медленно или его почти не будет (стр. 12). Связано это с тем, что, во-первых, возросший после коронавируса спрос был лишь следствием отложенных населением покупок, во-вторых, снижением инвестиционной активности, которая непосредственно связана с тенденцией нормы прибыли, и, в-третьих, со сделками ОПЕК.
В статье «Три «К» текущего момента» мы затрагивали тему срыва нефтяной сделки ОПЕК, который привёл к стремительному росту добычи нефти и падению цен на неё. Тем не менее, капиталисты России и арабских стран сумели договориться, однако, это вряд ли надолго. Сделка ОПЕК продлена до 2023его года, после чего арабские страны вновь начнут наращивать добычу. Ниже в том же прогнозе сказано, что потребление нефти мировым рынком вряд ли в ближайшие годы выйдет на докризисный уровень. Подобное снижение спроса вкупе с ростом предложения приведёт к стремительному падению цен на нефть. Этот фактор, в свою очередь, ударит по российской экономике крайне сильно, а экономика отразится на политике в контексте президентских выборах 2024 года, где Путин, скорее всего, будет избираться. Но об этом мы поговорим чуть позже, в соответствующем разделе статьи о политике.
Что забавно, Минэкономразвития делает совершенно иной вывод: окончание сделки ОПЕК позволит добывать много нефти, что приведёт к росту ВВП. Это просто наглая ложь и попытка сгладить реальность! Зависимость российской экономики от цен на нефть крайне значительна.
И рост добычи приведёт к снижению цен на это сырьё, а вследствие высокой себестоимости шельфовой и сибирской нефти к падению прибыли. А ведь значительную часть бюджета составляют сборы с добычи нефти. Потому, что бы ни говорили российские чинуши, падение цены на нефть – катастрофа для России. Да и куда расширять добычу этой самой нефти, если спрос на неё будет низким?
Отдельно стоит отметить прогноз по производству угля. Недавно была очень популярна тема шахтёрских забастовок на Донбассе. Однако, если мы посмотрим на прогноз, по которому добыча угля в 2023 году по сравнению с 2019 годом снизится на 11%, то поймём, что подобные протесты можно ожидать и в России.
Сокращение штата, снижение зарплат – неизбежная перспектива угольной отрасли. Мы можем вспомнить, что рабочие протесты в 1998 начались именно со стачек шахтёров, именующихся как рельсовая война, ведь шахтёры – одна из самых угнетённых групп рабочего класса, которой платят копейки, а риски погибнуть в шахте под завалами очень велики. Стоит учитывать вероятный кризис угольного дела при планировании расширения организации на регионы.
Подытожим экономическую часть нашей статьи. Кризис, несмотря на громкие заявления буржуазных политиков, вовсе не преодолён, так как большинство мировых экономик так и не восстановились до уровня 2019 года и, скорее всего, в ближайшие пару лет не восстановятся. Темпы производства по всему миру в связи со снижением спроса и покупательной способностью населения падают при том, что цена на акции растёт. Это говорит нам о том, что акции всё меньше подкреплены деньгами, а политика государства по поддержанию стабильного роста этих цен – надувание огромного финансового пузыря, который в ближайшие годы неизбежно лопнет.
Отдельным фактором является геополитическая борьба между Китаем и США, которая сильно бьёт по мировому рынку, и тем самым ещё больше связывает капитализм по рукам и ногам. А тенденция нормы прибыли к понижению, влияющая на инвестиции в реальный сектор, делает невозможным значительный рост производственных средств, которые и так в связи с вышеперечисленными факторами сейчас находятся в избытке и простаивают. Очередной срыв сделки ОПЕК, прогнозируемый российской буржуазией, будет означать тяжелые последствия как для России, так и для США, чья добыча сланцевой нефти станет полностью нерентабельной. Потому можно с уверенностью сказать, что мир стоит на грани катастрофы, по своим разрушительным последствиям более сильной, чем прошедший коронакризис.
Что же касается России, то она находится в меньшей экономической уязвимости, что, правда, не отменяет деградацию российской экономики и падение уровня жизни. Отдельным фактором является инфляция, приобретающая в последние годы колоссальное значение.
Из экономических перспектив вытекают перспективы социальные. И тут у прогнившей буржуазной России всё совсем не хорошо.
Социальная нестабильность
2021 год начался в нашей стране с бурного роста цен. Так, годовая инфляция превысила 5,19% [5]. Цены на многие продукты, в особенности на сахар, овощи и фрукты выросли на несколько процентов буквально за пару месяцев. И подорожание продолжается. Впереди ожидается рост цен на мясо [6], и, несмотря на бонапартистские меры со стороны государства, он сильно ударит по кошельку россиян. Меры эти, впрочем, заключаются в попытке удержать цены на ключевые товары.
Подорожали и предметы нерегулярного потребления, такие как автомобили, и теперь на рынке нет машин, дешевле 500 тысяч рублей.
При том доходы россиян не растут, а значит, что спрос на новые автомобили будет падать. Уже давно ни один простой рабочий Автоваза не может позволить себе новую Ладу, ибо на зарплатах в 20 тысяч ты будешь копить на неё 10 лет. Но мало того, это вызовет новые сокращения на автомобилестроительных предприятиях, очередные переводы на 4ёхдневку и, как следствие, рост безработицы и нищеты. Ключевым направлением работы марксистов сейчас должны стать именно автомобильные заводы, как предприятия, производящие всё более и более недоступную для масс роскошь, чьё количество со временем придётся сокращать.
Отдельным стоит отметить рост цен за ЖКХ. Во времена СССР коммуналка стоила копейки (при том, что квартиры бесплатные). Теперь же ожидается ежегодное её подорожание на 3-5%. Что для владельцев коммунальных компаний – миллионы прибыли, то для миллионов трудящихся – нищета и невозможность купить себе даже самые необходимые товары.
Напомним, что рассматриваем мы расчёты государства, реальность может оказаться куда более жестокой. И она уже таковой оказывается, ведь в прогнозе инфляция на конец 2021 года указана 3,7%, а мы видим её уже в 5,2%. Потому все эти прогнозы стоит рассматривать критически, ибо государство капиталистов будет умалчивать реальные перспективы для народов России.
Экономическая стагнация (а во многих отраслях и депрессия) ознаменует массовые сокращения, закрытие производств, оптимизацию и так далее. Не говоря уже о том, что проекты по постройке новых производственных мощностей будут свёрнуты, что ударит по строительной отрасли. Там тоже начнутся сокращения, и без работы останутся сотни тысяч мигрантов. И, поскольку мигранты зачастую живут «на грани» и не имеют финансовой подушки безопасности, а их правовое положение остаётся наиболее угнетённым среди российского пролетариата, то такое положение дел приведет, с одной стороны, к стремительной политизации наиболее передовой и организованной их части, а, с другой, к стремительной люмпенизации и маргинализации наиболее отсталой части армии нерусских рабочих, что неизбежно приведет к росту правых настроений в мелкобуржуазной среде, к росту фашизма.
Учитывать это мы обязаны, акцентируя своё внимание на работе со строительными мигрантами и при том готовясь к росту фашистских настроений. Благо, настроения пролетарские, революционные в среде русских рабочих растут быстрее, чем шовинистская зараза. Но стоит помнить, что буржуазная «демократия» в эпоху загнивания капитализма сбрасывает с себя маски и обличает свою истинную, фашистскую сущность. Буржуазия, чтобы сохранить свою власть, будет пользоваться ростом ультраправых настроений для борьбы с рабочим движением, для террора и запугивания левых активистов. Мы должны быть готовы дать на это решительный отпор.
Если в последние годы борьба происходила в основном на небольших предприятиях, которые успели в нулевые годы резко потерять в численности и капиталообороте, и дело для капиталистов оставалось лишь в том, чтобы добить их, то теперь центр борьбы переместится на крупные предприятия, включая металлургические заводы и оборонку. А поскольку металлургия развита в основном в моногородах, где иной работы, кроме как труда на комбинатах нет, то борьба приобретёт ожесточённый характер. Машиностроение пострадает не меньше, а то и больше. Уже сейчас можно сказать, что такие города как Череповец, Тольятти, Магнитогорск, Новокузнецк, Набережные Челны, Норильск и другие станут полями сражений труда и капитала в ближайшие десятилетия. И либо рабочие отстоят свои заводы, либо рабочие умрут от голода, а города превратятся в аналоги Детройта.
Однако не стоит думать, что в столицах и городах-миллионниках, где у трудящихся пока меньший шанс умереть с голоду, чем в моногородах, будет идиллия. Нет, там тоже будет ожесточённая борьба, только имеющая уже не социальные, а политические корни. Все предпосылки для её возникновения есть уже сейчас, как и повод, а именно — думские выборы 2021.
Политическое банкротство путинского режима
В предыдущем году главным событием российской политики был, безусловно, обнуленческий референдум по изменению Конституции. Несмотря на усугубляющийся кризис в стране, рейтинг Путина, по данным ЦИК, бьёт все рекорды, ведь его третьеиюньская Конституция набрала 78% по официальным данным. С реальностью эти данные имеют мало чего общего. Даже с формальной стороны, рейтинг Путина до пенсионной реформы не может быть выше рейтинга Путина после неё. Но мы материалисты, и мы должны глядеть конкретно, и у нас есть, что предъявить буржуям-фальсификаторам!
Несмотря на пандемию, наша партия провела агитационную кампанию «Нет!», во время которой наши товарищи агитировали рабочих у заводов, узнавая их мнение. Естественно, они отрицательно глядели на обнуленчество президента. Но наиболее интересным результатом этой кампании стал наш опрос[7], в котором приняли участие почти 57 тысяч человек из разных регионов России. Сам опрос мы раскидали по различным региональным группам, так что в нём голосовали и аполитичные слои населения.
Конечно, эта статистическая подборка – не панацея, так как основной электорат Путина – пенсионеры, которые в Интернете почти не сидят. Тем не менее, мы можем сделать вывод о том, какова реальная поддержка нынешней власти, и можно с уверенностью констатировать, что наиболее передовой слой общества, промышленный пролетариат, на 70-80% нетерпим к нынешнему капиталистическому режиму. Особенно нетерпимы к нему молодые рабочие, которые всю жизнь наблюдают «стабильность» (на деле бесконечное обнищание население), которые по горло сыты красивыми сказками про величие России и национальную идею.
Неслучайно классики марксизма писали о том, что буржуазная демократия суть кривое зеркало реальности, ведь она лишь немного отражает истинное соотношение классовых сил. Российская буржуазная демократия – это разбитое и изогнутое как волна зеркало: уже ничего не отражает, кроме воли капиталистов. И если Путин захочет 90% — ЦИК нарисует ему эти 90%.
Но мы были бы недалёкими глупцами, если рассматривали бы политическое поле России лишь через призму буржуазной демократии. На деле же всё куда интереснее. Всем известны многотысячные протесты в Хабаровске, вызванные арестом местного буржуя-губернотора. Протесты эти имеют глубинные корни, а именно крайнюю бедность жителей Дальнего востока. Но в нашем анализе нам не столько важен сам факт протестов, сколько важна их численность. И действительно, на улицы 600 тысячного Хабаровска вышло от 60 до 100 тысяч человек (!). Фактически, этой массы населения, будь она более организована и обладай она пролетарской программой, хватило бы, чтобы установить власть советов на Дальнем востоке. И никакая Росгвардия и никакой ОМОН бы не смогли остановить эту лавину людей. Хабаровск сегодня – это Россия завтра. Во многих регионах, как мы видим, достаточно лишь вспышки, чтобы вызвать пожар протеста.
Забавен тот факт, что в Хабаровском крае за обнуление проголосовало 62%. Вот она, истинная сущность буржуазной демократии!
Подобной вспышкой, я бы сказал, вспышечкой, которая вывела на улицы по всей стране десятки тысяч людей стал фильм Навального про дворец Путина. Причём, казалось бы, о коррупции в верхах давно всем известно, и ей уже никого не удивишь. Но даже она смогла поднять с дивана тысячи человек. И, в отличии от предыдущих протестов, эти люди – не мелкобуржуазная прослойка столиц, не либеральные маргиналы и не сумасшедшие. В этот раз на улицы вышло много индустриальных рабочих, потому в Ижевске или Тольятти митинги собрали рекордное по меркам городов число народу.
Ближайшим крупным событием в России, которое вызовет неизбежную политизацию масс – выборы в Госдуму в сентябре этого года. И тут властям не поможет трёхдневное голосование и фальсификации. Но им может помочь другой фактор, куда более существенный в этой конъюктуре, а именно искусственный слив выборов со стороны единственной массовой рабочей партии, представленной на них, — КПРФ. Как говорил Троцкий: «Кризис человечества есть кризис пролетарского руководства». В нашей ситуации эта фраза приобретает весьма реальный характер. Тем не менее, сколь бы мерзкой и продажной не была КПРФная бюрократия, но даже она не может противопоставить себя историческим силам. Она их, конечно, может подкосить, предать, но не вывести из игры. Пролетариат, преданный бюрократией, сможет сделать для себя революционные выводы, раз и навсегда покончив с реформизмом и зюгановщиной, повернувшись лицом к революционной программе. Но чтобы рабочие к ней повернулись, они должны её знать. И эта задача по донесению этой программы до масс ложится на плечи революционного меньшинства.
Выборы, КПРФ и тактика коммунистов
Выше мы показали на всю лживость буржуазного парламентаризма. «Так зачем в нём участвовать, зачем играть с шулером в его карты?», — спросит у нас какой-нибудь неграмотный товарищ. Конечно, на взятие власти через выборы мы не рассчитываем, но отказываться от участия в предвыборной гонке – великая глупость. Дело в том, что вокруг выборов консолидируются миллионы людей, в другое время политикой не интересующихся. Сам процесс подготовки к выборам заставляет интересоваться положением дел в стране миллионы наших соотечественников. Только кретин, не имеющий к марксизму никакого отношения, будет игнорировать такую возможность донести наши позиции до масс!
Но вслед за первым вопросом, у неопытных соискателей марксизма возникает и второй: «А почему вы поддерживаете КПРФ?» Дело в том, что марксистские силы на выборах не представлены, да их до крупных выборов и не допустят. КПКР и иже с ними – ещё более продажная шваль, чем КПРФ, и что самое главное – это искусственно созданные партии-спойлеры, не имеющие абсолютно никакой поддержки рабочих масс. КПРФ же, несмотря на гнилую сущность своих вождей, пользуется громадной поддержкой рабочего класса. Так, на выборах президента в 2018 году за Грудинина отдали голоса 8,5 млн человек, из которых большинство – это пролетарии.
Причём люди, идя за КПРФ, идут вовсе не за клубничкой из Совхоза имени Ленина и не за усами самого Грудинина. Они идут за программой КПРФ, в которой есть такие требования, как национализация, бесплатная медицина и образование, отмена пенсионной реформы и т.д. Эти же переходные требования ставят и последовательные марксисты. Так в чём разница между нами и КПРФ?
Дело в том, что КПРФ не собирается исполнять свою программу и попытается слиться, как только ей представится возможность взять власть. Такой исход приведёт к деморализации миллионов людей, поддержавающих КПРФ, к их разочарованию в этой партии. Однако, нарастающий вал социальных проблем не даст им сесть на диван – он повернёт эти массы влево. Тут-то и придёт черёд истинных коммунистов брать быка за рога. Наша революционная тактика станет близка большинству, отвернувшемуся от КПРФ.
Однако, если мы будем игнорировать КПРФ, как это делают тупоголовые левые блогеры, если мы будем отказываться идти вместе с её массами, даже когда они ещё не приняли нашу программу, мы потеряем эту возможность стать силой, за которой действительно пойдут рабочие. Ведь трудящиеся пойдут лишь за теми, кого они знают и с кем они все эти годы шли бок о бок. А с диванными умниками, которые лишь поливали их грязью, крича о том, что «КПРФ – сборище оппортунистов», они никогда не пойдут.
Подобная судьба постигла рабочий класс Германии, который раскололся из-за сектантской политики КПГ и проиграл Гитлеру. Вместо того, чтобы предложить СДПГ единый рабочий фронт, коммунисты приравняли соц-демов к фашистам. Понятное дело, что вожди социал-демократии в любом случае бы слились, но это и нужно коммунистам! Они бы на живом примере смогли показать заблудившимся рабочим, шедшим за СДПГ, истинную сущность её руководства, и таким образом привлечь их на свою сторону. В реальности всё оказалось куда печальнее, и КПГ лишь громогласно обвиняла рабочих социал-демократов в том, что они равнозначны фашистам, чем не только не привлекла их, но и оттолкнула. Так сектантская тактика, проводимая сталинистским Коминтерном, смогла привести к одной из величайших катастроф человечества – приходу нацистов к власти и последующей мировой войне.
Мы не будем действовать как немецкие коммунисты, не будем обвинять КПРФ в фашизме, а предложим ей единый рабочий фронт на выборах. Во-первых, чтобы единой силой ударить по буржуазии, засевшей Кремле, во-вторых, в случае слива бюрократами их победы увести у них рабочие массы. Под влиянием низового давления мы сможем вышвырнуть бюрократов с их мест, оплодотворив КПРФ революционной программой, заставив её выполнять свои же обещания. И если массы КПРФ примут революционную программу – а из-за кризиса они её примут – то победа революции в России не за горами. Ведь, как говорил Ленин, всеобщая вера в революцию – есть уже начало революции!
Нынешние выборы обернутся для России невиданными доселе фальсификациями, вбросами, и, следовательно, массовым недовольством. Причём это недовольство, как показали нам последние «навальнинги», будет не таким, как в 2011-12 году, когда значительную часть протестующих составляли мелкобуржуазные массы. В 2021 году выйдут индустриальные рабочие, потому характер протестов и их итоги будут иными. Марксистам надо быть готовым к этим протестам и принимать самое активное участие в них.
Нынешние выборы обернутся для России невиданными доселе фальсификациями, вбросами, а, следовательно, и массовым недовольством. Причём это недовольство, как показали нам последние «Навальнинги» будет не таким, как в 2011-12 году, когда значительную часть протестующих составляли мелкобуржуазные массы. В 2021 году выйдут индустриальные рабочие, потому характер протестов и их итоги будут иными. Марксистам надо быть готовым к этим протестам и принимать самое активное участие в них. Немарксисты же и дальше могут жалобно ныть о том, что «протест не мой». Если коммунисту не нравится повестка протеста – он должен внести ту, которая ему угодна!
Правда, политическая борьба неотрывна от борьбы экономической, и эта борьба из-за кризиса будет только нарастать. Причём если раньше забастовки были в основном в строительстве и сфере услуг, то в связи с падением объёмов производства и, следовательно, сокращениями/переводами на 4ёх дневку теперь полем борьбы могут стать крупные заводы. И стачки на крупных заводах куда опаснее для капиталистов, чем забастовки курьеров, ведь промышленные рабочие более сплочённее и концентрированнее.
Поэтому нам необходимо продолжать активную агитацию у проходных, причём на крупных заводах стоит участить раздачи газет в ущерб мелким, ведь на крупных заводах рабочих больше, у них есть хоть и весьма забытый, но всё же опыт борьбы из 90ых, и, что самое главное, на крупных предприятиях выше шанс встретить рабочего наших взглядов. Под эту задачу мы должны развивать ячейки в тех городах, где находятся промышленные гиганты России.
Заключение
Мы проанализировали перспективы мировой и российской экономики, сделав из них политические и организационные выводы. Ближайшее время будет насыщенным на большие события, потому оно потребует самоотдачи от каждого коммуниста и того, кто себя считает сторонником коммунистов.
И несмотря на то, что нам придётся действовать много практически, необходимо не забывать про теорию, ибо без теории практика слепа. Большая проблема сегодняшнего рабочего движения – это низкий уровень грамотности большинства товарищей, следствием чего является с одной стороны акционизм, ультралевизна, а с другой стороны сектантство, кружковщина и самозамыкание ряда организаций на себе. И несмотря на то, что кружковцы, казалось бы, должны знать теорию, они всё равно допускают ребяческие ошибки, что говорит о том, что прочитать книгу – не значит её понять. Вот и большинство левых в России читают марксистов, но частично или полностью их не понимают.
Наша партия имеет большую политическую традицию, и ей мы обязаны Троцкому и его лучшему последователю Теду Гранту. Эти марксисты сумели связать классиков с нынешним временем, пронести Большевизм через годы реакций и подъёмов. Они нам дали политическую традицию, за 30 лет мы получили неоценимый опыт в рабочем движении России. Необходимо воспользоваться этим опытом и этой традицией при подготовки кадров, чтобы в дальнейшем суметь возглавить массы в классовой борьбе.
Товарищи, не бойтесь быть активными, проявлять инициативу, задавать вопросы! Ведь, как писал Ленин в своей работе «Что делать?» революционер это не тот, кто называет себя таковым, а тот, кто может на деле донести марксизм до масс, возглавить эти массы. Революционер это ведущий, а не ведомый. И хороша та партия, каждый более-менее опытный член которой сможет воссоздать её с нуля, если с остальными что-либо случится.
Последующий отрезок истории ставит перед нами серьёзные задачи, так давайте же справимся с их разрешением, цепко обхвативши канат истории, на котором может удержаться лишь тот, кто умеет грамотно анализировать текущий момент, рассчитывать свои силы, и наносить в нужное время удары.
Вперёд, к победе революции!
Артём Морозов
Источники:
1 — http://rwp.ru/2019/07/28/терроризм-и-коммунизм/
2 — G-20 Surveillance Note — G-20 Leaders’ Summit, November 21-22, 2020 (imf.org)
3 — The year of the pandemic – Michael Roberts Blog (wordpress.com)
5 — Инфляция в России превысила 5% впервые за 1,5 года :: Экономика :: РБК (rbc.ru)
6 — Производители предупредили о подорожании говядины :: Бизнес :: РБК (rbc.ru)